Цитаты имама шамиля

07.05.2018 0 Автор admin

О своем видении незаурядной личности имама Шамиля, 220-летие со дня рождения которого будет отмечаться в будущем году, рассказывает дагестанский писатель и историк Шапи Казиев. Во многом не разделяя его восторженного отношения к этой исторической личности, тем не менее, считаем уместным представить на нашем сайте и такую точку зрения.

Шапи Казиев

— В XVIIIXIX столетиях притязания на территорию Кавказа были обычным явлением. Менялись престолонаследники Ирана, Турции, России, а жажда покорить Кавказ — «наследовалась». В чем берут начало воинственность и непокорность горцев, какими их описывали классики литературы?

— Кто-то рассматривал Кавказ как цель, кто-то – как препятствие для дальнейшего продвижения. Персидский завоеватель Надиршах, «царь царей», двигался на Россию, а Дагестан собирался покорить «по пути». Но потерпел от горцев сокрушительное поражение.

Классики русской литературы писали о Кавказе по-разному. А.Бестужев-Марлинский, о котором я написал пьесу, поставленную недавно в Дагестанском Русском театре, попал на Кавказ с каторги. Декабриста послали «искупать вину», а он писал: «Послали драться, а душа просит брататься». Он первым почувствовал, понял Кавказ, прославился романтичными кавказскими повестями и значительно изменил представление российского общества о горцах. Затем уже – Лермонтов иТолстой, для которых Кавказ во многом стал судьбой.

— Какие факторы повлияли на становление личности Имама Шамиля, или его судьба была «предписана» небесами? Вы согласны, что в его жизни были элементы мистики?

—  Все это, видимо, имело место. Вместе с тем, феноменальная личность Шамиля, отвечала потребностям той эпохи, отражала предельное воплощение горского духа. Как я писал в одной из книг: «Душа горца соткана из веры и свободы».

Говорит ли образование кавказского халифата, своего рода шариатского государства, о фанатичной набожностью имама Шамиля, его ортодоксальном понимании исламской религии? Или религиозная форма государства на границе Российской империей и вблизи Грузии нужна была для сплочения мелких ханств вокруг себя?

— Российская империя ислам признавала, в ней жили миллионы мусульман – татары и др. Грузия к тому времени уже считалась российской губернией. На юге Дагестан граничит с Азербайджаном.

Халифом всех мусульман считался турецкий султан. Шамиль же основал Имамат – государство свободных и равноправных горцев, отменил рабство, упразднил сословия.

Национализм в Имамате считался тяжким преступлением и каждый жил по своей вере. Разумеется, большинство граждан Имамата было мусульманами, но были в нем и представители других конфессий. К Шамилю перебирались даже жители российских губерний, не говоря уже о беглых солдатах. 

Шамиль вовсе не был фанатиком. Он был талантливым полководцем, выдающимся государственным деятелем, эффективным реформатором и большим ученым.

Авторитетные богословы считают Шамиля шейхом Накшбандийского тариката. На Востоке Шамиля и теперь называют шейх Шамиль.

Мелкие ханства он не объединял. Ханств было несколько и довольно крупных. Ханства в горах он просто упразднил, уровняв в правах бывших ханов, знать и простых людей.

По Вашей оценке, каким дипломатом был Имам Шамиль, как выстраивал отношения с Османской Турцией? Действующие турецкие политики знают о нём?

— Существуют ложные стереотипы насчет отношений Шамиля с турецким султаном. В той ситуации было естественным рассчитывать на помощь единоверцев. Шамиль имел переписку с султаном, однако помощи от него не получал, что признают и турецкие историки. В нашем фильме «Шамиль. Последний путь» об этом же говорит директор Османского архива.

О дипломатии Шамиля я немало писал. Он вовсе не жаждал войны, заключил ряд мирных договоров с царскими генералами. И первым их никогда не нарушал.

Ислам предписывает правителям соблюдение принципов справедливости, социальное равенство, равный доступ к благам жизни. Что из себя представлял Имамат Кавказа, которым правил Имам Шамиль, какие в нем были законы и правила бытия?

Генерал-адъютант А.Чернышев, посланный императором выяснить положение дел на Кавказе, назвал государство Шамиля республикой. Во многом так оно и было, даже сам Имам избирался. Россия тогда была еще крепостной державой, солдаты видели на Кавказе пример другого мироустройства, и это не могло не беспокоить власти.

Имамат жил по законам Шариата. Шариат послужил основой объединения множества  обществ и бывших феодальных владений Дагестана, в каждом из которых были свои порядки, от чего в этом вопросе царил хаос и процветало право сильного. Вместе с тем, сообразуясь с положением дел и потребностями Имамата, Шамиль издавал низамы — законы (указы), касающиеся разных вопросов жизни нового государства. Многие из низамов Шамиля весьма актуальны и сегодня.

Кроме гражданского и военного устройства, низамы определяли, каким должно быть, например, отношение наибов (военачальников и наместников Имама) к гражданам:

«Ты не склоняйся ни в сторону насилия, ни в сторону насильников. Гляди на своих людей глазами милосердия и заботы. Смотри за ними, как жалостливый к своим детям отец, управляй ими на основе справедливости и совести, не приближай к себе никого из-за дружбы и приятельства и не отдаляй никого из-за вражды. Будь для старшего сыном, для равного — братом, а для младшего — отцом. Тогда ты не найдешь в своем округе врага. Если ты будешь вести себя противно тому, что я говорю, если будешь вести себя несправедливо к народу, то вызовешь на себя прежде всего гнев Всевышнего, а затем гнев мой и народа. Твое дело тогда обернется плохо».

Низам вводил также принципы гуманного отношения к пленным, населению завоеванных территорий и строго ограничивал использование природных ресурсов в военных надобностях: «Не убивайте ни стариков, ни женщин, ни детей; не жгите ниву, не рубите деревья, не режьте животных (кроме тех случаев, когда они необходимы вам для пищи), не обманывайте, когда вы находитесь во взаимном перемирии, и не нарушайте мир, когда вы заключили его».

Как складывались отношения правителя Имарата Кавказа с независимым Кабардинским княжеством?

— Разумеется, Шамиль прилагал усилия для привлечения в «Имамат Кавказа» горцев Западного Кавказа. Не раз являлись к нему их посланцы, заверяя, что с появлением отрядов Шамиля население поголовно восстанет и перейдет на его сторону. Даже некоторые князья, недовольные царскими порядками, согласны были принять шариат и влиться со своими людьми в государство Шамиля.

В Черкессию был послан наиб Шамиля Магомед-Амин, который возглавил местное сопротивление. В апреле 1846 года во главе почти 20-тысячного отряда Шамиль двинулся в Кабарду. Используя благоприятную ситуацию, он намеревался поднять на совместную борьбу Западный Кавказ и перерезать Военно-Грузинскую дорогу.

В ответ были приняты экстраординарные меры для удержания населения от присоединения к Шамилю: знать пошла на значительные уступки крестьянам, были отменены наиболее тяжкие повинности. В результате, вопреки данным заверениям, основная часть населения Имама не поддержала.

Сочетавший в себе компетенции военного, государственного и религиозного правителя, Шамиль, вероятно, был харизматической личностью своей эпохи. Фраза Шамиля: «Кто думает о последствиях, тот не герой», — растиражированный слоган.  На что сегодня вдохновляет это изречение хранителей портрета Имама Шамиля в кабинетах политиков и чиновников?

Не знаю, как насчет кабинетов, но почти в каждом доме (в Дагестане – прим.) портрет Шамиля есть. А упомянутое вами изречение Имама было на орденах, которыми Шамиль награждал отважных воинов, и на знаменах горцев. Думаю, этим все сказано, хотя каждый может понимать это по-своему. Применительно к творчеству, я бы сказал, что именно так и создаются произведения, которые чего-то стоят. И тому есть множество примеров. Вспомните прежде запрещенные романы, которые теперь стали классикой.

Табличка в кабинете мэра Магаса (Ингушетия)

— На склоне лет Шамиль признавался, что не стал бы воевать с Российской империей, если знал бы, какая Россия великая страна. Не кажется ли Вам, что вывод объективен? Действующие политики принимают решения, исходя из линии поведения лидера государства, не думая о народе, который стоит за ним. Так произошло в отношении Грузии и Турции. Может, политикам стоит обращаться к истории России и Кавказа, русско-кавказской войны?

— История всегда актуальна, но уроки ее, как правило, забываются. В данном же случае стоит напомнить, что Шамиль лишь защищался и ни на кого не нападал, кроме горских феодалов, тиранивших своих подданных. Они-то, терявшие власть ханы, и втянули Россию в ненужную никому войну. Способствовали этому и амбиции некоторых генералов, обещавших быстро «усмирить» Кавказ.

А с Турцией мы имели не просто контакты, а многовековую и весьма богатую историю взаимоотношений, которая, будем надеяться, еще вернется в позитивное русло.

Имам Шамиль

Не говоря уже о Грузии, нашем соседе на Кавказе.

— Книга, которую Вы посвятили Имаму Шамилю (вышедшая в серии ЖЗЛ «Имам Шамиль) – составлена из коротких новелл, что делает чтение магнитом. Вы сознательно избрали такой формат повествования, отказавшись от длинных скучных глав?

— Просто у меня такой стиль письма. А ЖЗЛ – это особый жанр и особый уровень, когда биография, кроме исторической объективности, должна быть написана литературно интересно, увлекательно.

— Документальный фильм «Имам Шамиль.Последний путь», отснятый по вашему сценарию Магомедом Казиевым, получился филигранным, кадры оставляют ощущение реальности.

— Спасибо. Мы хотели сделать хороший фильм. Последний период жизни Шамиля был недостаточно известен, и нам пришлось провести большую предварительную работу, в том числе исследовательскую. Уже в ходе сьемок удалось сделать несколько исторически важных находок, которые некоторые называют открытиями.

Беседовала Светлана Мамий, Москва

На главной странице сайта: картина Теодора Горшельта "Пленение Шамиля"

Т. Муцураев — Имам Шамиль текст песни и перевод на русский

Обратная связь: pesniclub@yandex.ru
Права на тексты песен, переводы принадлежат их авторам. Все тексты и переводы представлены для ознакомления.
pesni.club — Тексты песен | Новые | Популярные | Карта сайта
Сгустилась тьма, безмолвие в горах.
Молчанье грозно предвещает бой.
Последний стан, и нет пути назад.
Гуниб в кольце, он обречен судьбой.
В осаде крепость, горький путь войны,
Последний стан мятежного Имама.
Пятьсот мюридов в нем обречены,
На стыке гор Чечни и Дагестана.

Последний штурм, полки врага несметны.
Сурова участь неприступных стен.
Нарушив свой обет в предверье смерти,
Шамиль принял решенье сдаться в плен.
В предсмертный час совет своих наибов,
Шамиль последний раз к себе созвал.
И с роком с безысходности смирившись,
К наибам обратясь Имам сказал:

«Сыны Кавказа, воины Ислама,
Сыны суровых непокорных гор,
Здесь много лет кровоточила рана,
Таков судьбы жестокий приговор.
Мы бились за свободу столько лет.
Кавказ в огне весь пламенем пылает,
Но этому конца и края нет,
Хоть гибли мы, как нам и подобает.
В душе у нас не заживают раны,
Страданий бездна и в крови земля.
Хотел понять я смысл этой драмы
И долго думал, боль в себе тая.
Я понял, что судьба нам не покорна.
Нам не дано понять свободы вкус.
Остановиться здесь нам не позорно,
И пусть победу празднует урус.
Свободу я потомкам завещаю.
Их не постигнет участь этих стен,
А я свой путь сегодня завершаю,
Мной принято решенье сдаться в плен.
Не выносите спешных приговоров,
Мои наибы в этот трудный час.
Теперь, смирившись с горестной судьбой,
Мои мюриды, я покину вас».

И в стан врага направился Шамиль,
Исполненный тоски, главой поникнув.
И Байсангур вдруг в бешенстве вскочил,
Наиб Имама в ярости окликнул:

«Шамиль, остановись хоть на мгновенье,
Ты в плен сдаешься проклятым врагам,
Остановись!

Ресурс по данному IP-адресу заблокирован по решению органов государственной власти

Ты не найдешь спасенья,
Я не могу понять тебя, Имам!
Мы четверть века за свободу бились
И умирали, не склонив колен.
Мы, смерть презрев, врагу не покорились,
И от тебя не вытерпим измен.
Скажи, зачем?! Скажи, зачем, Имам,
Ты вел нас за собой в пучину смерти?
Чтоб здесь ты нас покинул? Не затем,
Мы покидали жизни круговерти.
В боях сражались до последних сил
И твердо шли мы по пути Аллаха.
Святые горы гордо отстоим,
Любой ценой, и хоть ценою праха!
Чечня в огне, страданий, бед полна.
Уж больно много пролито здесь крови.
Наш первый долг – неверность покарать.
Мы отомстим врагу за слезы вдовьи.
И вот настал жестокий смертный час:
Неравный и последний примем бой!
Имам, ты здесь решил покинуть нас?!
Остановись, ты будешь проклят мной!
Остановись, одумайся, опомнись!
Врагу сдаешься на исходе лет…
Шамиль, взгляни назад, ты не уйдешь,
В руке моей – взведенный пистолет»

Имам не посмотрел в глаза наиба,
На зов не оглянулся он в ответ.
Он знал, чеченцы не стреляют в спину –
Таков был чести воина обет.

Шамиль ушел и сдался в плен, наиб
В порыве гнева, яростью ослеплен.
В зловещей тишине стоит Гуниб,
И в три кольца он намертво оцеплен.

И путь один — свобода или смерть.
К сраженью Байсангура рать готова.
Наиб Имама, гордых сыновей,
Призвал на Газават по сердцу зова:

«За мной, мюриды, воины Джихада!
Наш грозный дух покажем мы врагу!
В раю нас ждет великая награда,
пробьём кольцо и вырвемся в Чечню.
Вперед, чеченцы! Примем этот бой!
Крепки клинки из атагинской стали.
В бою заплатим жизнью дорогой,
Здесь братья за свободу погибали!».

И ринулись чеченцы на прорыв.
Гуниб оцеплен, мощная преграда.
Была цена свободы дорога,
И бились на смерть воины Джихада.
Блеск острых сабель, пушечный раскат,
И кровь, и порох – вместе все смешалось…
Чеченцы знали – нет пути назад,
Кромешным адом битва показалась.

И бой затих, горел закат в дали,
И солнца диск сходил по небосводу.
В Чечню лишь тридцать воинов ушли,
В жестокой схватке отстояв свободу.
Другие тексты песен "Т. Муцураев"

Как вам текст?