Камень в воздухе

29.04.2018 0 Автор admin

«ТАЙНЫ ДВАДЦАТОГО ВЕКА»

Глава 5  РОБОТЫ КАМЕННОГО ВЕКА

КАМНИ, ПАРЯЩИЕ НАД ЗЕМЛЕЙ

Рассказывает исследователь В. Комиссаров

В индийской деревне Шивапур вблизи местного храма лежат два камня. Один весит примерно 55 килограммов, другой — около 41. Если до большого камня дотронутся пальцами одиннадцать человек, а до меньшего — девять и на строго определенной ноте произнесут при этом магическую фразу* то оба валуна поднимаются на высоту около двух метров и висят в воздухе примерно секунду, словно и нет гравитации.

Это явление фиксировалось многократно, ученые, в том числе иностранные, часто бывают в Шивапуре. Но никакого приемлемого объяснения чуду пока не найдено. Кто и когда положил сюда камни, неизвестно, тем более не ясно, какую роль играет число людей — одиннадцать и девять.

С Индией же связана еще одна большая загадка. Мы делим сутки на 24 часа, час — 60 минут, минута — 60 секунд.

Древние жители Индии использовали похожую систему отсчета времени. День они делили на 60 кала, длительностью 24 минуты каждый. Кала — на 60 викала по 24 секунды. Затем шли другие доли, вплоть до самой малой — кашта, составляющей… одну трехсотмиллионную часть секунды. Для чего могла понадобиться индийцам столь ничтожная единица времени, а главное, как они ее измеряли? Сейчас-то мы можем сказать, что кашта сопоставима с временем существования некоторых ядерных частиц. А тогда?..

На мой взгляд, и шивапурские камни, и система счета времени, которой пользовались не только древние индийцы, но и древние шумеры,— это подсказки для расшифровки большой тайны. А ключ к ней дожидается нас на юге Англии, где постепенноразрушается от времени и рук туристов величественный Стонхендж — циклопическое каменное сооружение, созданное в каменно-бронзовую эпоху. Даже те крохи информации, до которых я сумел докопаться, исследуя и сопоставляя пропорции Стонхенджа, потрясают меня. Я не верю, что племена скотоводов и земледельцев, жившие здесь три с половиной — четыре тысячи лет назад, сумели придумать и реализовать такую великолепную идею, как Стонхендж. тем более не верю, что это они вложили и зашифровали в нем знания, которые становятся нам доступными только теперь. И то не все.

Стонхендж устроен следующим образом. В центре сооружения лежит огромный камень, названный Алтарным. Первоначально он находился, видимо, в другом месте, и назначение его пока неясно. Алтарный камень окружен подковой из так называемых трилитов. Каждый трилит («три камня») составлен из двух вертикальных блоков, высотой от земли до семи метров и весом до пятидесяти тонн, на которые положена каменная плита. Подкова, в свою очередь, находится внутри кольца, которое принято называть сарсеновым. Это каменный «забор» диаметром 29,6 и высотой пять с половиной метров. Он состоит из тридцати двадцатипятитонных блоков и тридцати плит. Возьмите обыкновенную расческу, сверните кольцом — и вы получите подобие этой части Стонхенджа.

Композиция сооружения включает в себя еще несколько колец. Например, кольцо X — это пятьдесят шесть лунок, выкопанных в почве,— их теперь называют лунками Обри. И кольцо из голубых камней, лежащих на земле между трилитами и сарсеновым кольцом. Есть еще «подкова» из голубых камней. Комплекс завершается ме-

ловым валом диаметром сто девять метров. Вход в Стон-хендж ориентирован на точку восхода Солнца в день летнего солнцестояния в направлении на северо-восток. Здесь вал разорван. Два других прямых параллельных вала образуют так называемую аллею.

Археологи сперва объявили, что Стонхендж — это комплекс культурного назначения, храм Солнца и Луны. Однако исследования энтузиастов-любителей, а затем и ученых показали, что этим функции Стонхенджа, видимо, не ограничиваются. Английские ученые Хокинс и Уайт в книге «Разгадка тайны Стонхенджа» доказали, что комплекс можно использовать как астрономическую обсерваторию, которая позволяет с изумительной точностью определять азимуты всех важнейших положений Солнца и Луны, предсказывать даты затмений. Новозеландский астроном Бич установил, что расстановка камней позволяла в далеком прошлом прогнозировать приливы и отливы. Французский исследователь Шателен подсчитал, что расположение отдельных элементов Стонхенджа точно соответствовало точкам восхода и захода десяти главных звезд 12 тысяч лет назад. Широта, на которой расположен комплекс — 51 градус 17 минут — тоже, видимо, выбрана сознательно. Во всяком случае, вероятность того, что Стонхендж оказался тут нечаянно, весьма мала — один шанс из десяти миллионов. Математики в подобных случаях говорят, что случайность здесь практически невозможна.

Вообще применять слова «случайность», ^совпадение» тут довольно трудно: слишком много этих «случайностей» и «совпадений». Скорее следует признать, что Стонхендж говорит с нами на особом числовом языке. Вся геометрическая композиция комплекса основывается на законах симметрии. Особое значение имеют уже знакомые нам числа 9,11 и 60. С их помощью мне удалось, например, получить два ряда чисел, которые отражают распределение планет в Солнечной системе. Причем, если верить Стон-хенджу, их должно быть больше, чем известно современной науке, а именно — 12. За Плутоном должны находиться еще две планеты. Одна на расстоянии в пятьдесят астрономических единиц от Солнца, другая — около шестидесяти. Диаметр этих небесных тел соответственно около 1800 и 1700 километров.

Косвенное подтверждение такой гипотезе дают полеты американских искусственных космических аппаратов «Пионер» и «Вояджер». По мере приближения к границам Солнечной системы их траектории все больше отклонялись от расчетных. Два американских исследователя — Харрингтон и Ван-Флендерн провели расчеты на ЭВМ и показали, что незапланированные отклонения «Пионера» и «Вояджера» могут быть вызваны неизвестной планетой с массой порядка десяти земных, которая находится за Плутоном на расстоянии пятидесяти—ста астрономических единиц. Любопытно и то, что дошедшие до наших дней свидетельства шумерской цивилизации тоже называют 12 планет в Солнечной системе.

Знаменитый писатель Джонатан Свифт дает нам еще одну подсказку, еще один ключ к пониманию тайн Стон-хенджа. Современники знали его как писателя-сатирика, автора романов, памфлетов, эпиграмм. Конечно, главным трудом его жизни, принесшим автору мировую славу, стал роман «Путешествия Лемюэля Гулливера в некоторые отдаленные страны света». Третье путешествие — на летающем острове Лапуте разительно отличается от всех других. Оно изобилует научными и техническими подробностями, не характерными для Свифта. Он пишет, например, что ученые Лапуты «могли добывать из воздуха селитру и водянистые его частицы». Во времена Свифта о составе воздуха ровным счетом ничего не было известно. Сведения об азоте воздуха, о взвешенных молекулах воды в нем, считается, были получены французским ученым Лавуазье через тридцать лет после смерти Свифта. Или, скажем, астрономы летающего острова беседуют о двух спутниках Марса. Один, говорят они, вращается на расстоянии трех марсианских диаметров от этой планеты, другой — пяти. В наше время науке известно, что орбиты Фобоса и Деймоса составляют полтора и три с половиной диаметра Марса. По этому поводу американский астроном Левитт заметил: «Сходство между гипотетическими спутниками Свифта и реальными настолько близкое, что это можно признать одним из наиболее загадочных подвигов размышления».

Описание летающего острова изобилует подробностями, совершенно излишними с точки зрения художественного творчества. Оно походит больше на технический отчет.

«Летучий или плавающий остров имеет форму правильного круга диаметром в 7837 ярдов, или около четырех с половиной миль; следовательно, его поверхность равняется десяти тысячам акров. Высота острова равна тремстам ярдам. Дно, или нижняя поверхность, видимая только наблюдателям, находящимся на земле, представляет собой гладкую правильную алмазную пластинку толщиной около двухсот ярдов. На ней лежат различные минералы в обычном порядке, и все это покрыто слоем богатого чернозема в десять или двенадцать футов глубиной. Наклон поверхности острова от окружности к центру служит естественной причиной того, что роса и дождь, падающие на остров, собираются в ручейки и текут к его середине, где вливаются в четыре больших бассейна, каждый из которых имеет около полумили в окружности и находится в двухстах ярдах от центра острова».

Лапута Джонатана Свифта не просто парит в воздухе, ее обитатели управляют летающим островом с помощью специального устройства:

«Но главной достопримечательностью, от которой зависит судьба всего острова, является огромный магнит, по форме напоминающий ткацкий челнок. Он имеет в длину шесть ярдов, а в ширину — в самой толстой своей части — свыше трех ярдов. Магнит этот укреплен на очень прочной алмазной оси, проходящей через его середину, он вращается на ней и подвешен так точно, что малейшее прикосновение руки может повернуть его.

История Каабы

Он охвачен полым алмазным цилиндром, имеющим четыре фута в высоту, столько же в толщину и двенадцать ярдов в диаметре и поддерживаемым горизонтально на восьми алмазных ножках, высотою в шесть ярдов каждая. В середине внутренней поверхности цилиндра сделаны два гнезда, глубиною в двенадцать дюймов каждое, в которые всажены концы оси и в которых, когда бывает нужно, она вращается…

При помощи этого магнита остров может подниматься, опускаться и передвигаться с одного места в другое… Когда магнит поставлен вертикально и его притягательный полюс обращен к земле, остров опускается, но когда обращен книзу полюс магнита, обладающий отталкивающей силой, то остров поднимается прямо вверх. При косом положении магнита остров тоже движется в косом направлении, ибо силы этого магнита всегда действуют по линиям, параллельным его направлению…»

Эти строки Джонатан Свифт написал в 1726 году, когда не существовало даже понятия «двигатель», а сочинение английского физика Уильяма Гильберта «О магните, магнитных телах и великом магните Земли» только-только появилось на свет.

Детальный анализ геометрической композиции острова, размеров его окружностей и блоков позволяет сделать парадоксальный вывод: в пропорциях Лапуты использовался тот же самый числовой язык, что и в планировке Стонхенджа. В основе его лежат числа 9 и 60. Реконструкция острова по описаниям Свифта позволила воссоздать абсолютно точный чертеж Стонхенджа. А подвешенный магнит в форме челнока, которым управлялась Лапута, я сопоставляю с лежащим в центре Стонхенджа Алтарным камнем, о котором мы говорили в самом начале. Назначение его действительно неясно, к тому же он состоит из иного минерала, нежели весь комплекс. Слово «Стонхендж» буквально означает «подвешенный камень». Возможно, что после постройки гигантского сооружения Алтарный камень как раз и был определенным образом подвешен — примерно так, как описывает это Свифт. Другого «подвешенного камня» в Стонхендже попросту нет. Этот древний, единственный в своем роде памятник невероятно многозначен. Его надо исследовать основательно, не пытаясь свести объяснения к мизерным потребностям племен, живших на юге Англии несколько тысяч лет назад. Занявшись Стонхенджем как следует, можно получить не только данные о принципиальном устройстве летательных аппаратов, пока неизвестных землянам, но и массу другой чрезвычайно любопытной информации. 

«МУАЛЛАКИ» — «привешенные», или «нанизанные» (другое название «музаххабы» — «позолоченные») — семь знаменитейших касыд доисламской Аравии VI в. Соединил эти касыды в сб. «М.» «равия» (сказитель, декламатор) Хаммид в середине VIII в. Он поместил туда по одной касыде Имру-уль-Кайса (старейшая), Тарафы, Зухайра, Лябида (самая поздняя, нач. VII в.), Антары, Амбра ибн Кульсума и Хариса ибн Хиллиды. В другой редакции Антару и Хариса заменили Набига Зубъянский и А’ша. «М.» — типичные касыды племенного строя: начинаются они обязательным «пасибом» — любовным зачином, обычно плачем над следами покинутой стоянки возлюбленной; продолжаются слабо связанными между собой отрывками на разные темы: у Имру-уль-Кайса это — любовные похождения, ночь в пустыне, описание коня и охоты и ливня; у Тарафы — поездка на подробно описанной верблюдице, хвастовство щедростью и разгульной жизнью, возражения упрекающим его за мотовство и т. д.; у позднего Зухайра — дидактическое рассуждение о бренности жизни. Переходы между отрывками небрежны или отсутствуют вовсе; рифма во всей касыде одна: a, a, b, a, c, a… Европейского читателя поражает в «М.» прежде всего реалистическая наблюдательность: точность описания, подробнейшая топография, бытовые сравнения и т. п.Библиография:

I. Русск.

Камень в Израиле висящий в воздухе

перев. всех «Муаллак» в прозе, не всегда полные и очень разного достоинства, в «Арабской литературе» А. Крымского, М., 1911 «Сб. в честь А. Н. Веселовского», 1912; Муаллака Имру-уль-Кайса, изд. Г. Муркосом с русск. перев., СПБ 1885; Европейские переводы: Hartmann A. Th., Die hellstrahlenden Plejaden am arabischen Himmel, Munster, 1802; Hammer Purgstall J., Literaturgeschichte der Araber; Wolf Ph., Muallakat, die sieben Preisgedichte der Araber, Rotweil, 1857; Ruckert F., в разных изданиях; Noldeke Th., Funf Muallakat, в «Sitzungsberichte» Венск. академии наук, B. 140-144, 1899-1901; Caussin de Perceval, Essai sur l’histoire des Arabes avant l’islamisme, v. II, P., 1847; Johnson F. E., The seven poems suspended in the temple at Mecca, L., 1894; Blunt A. and Blunt W. S., The seven golden odes of pagan Arabia, L., 1903.

II. Крымский А., Арабская литература, М., 1911; Brockelmann C., Geschichte d. arabischen Literatur, Band I, Weimar, 1897-1898; Nicolson R., A literary history of the arabs, London, 1907, pp. 31-140.

Чёрный камень Каабы – аль-Хаджар аль-асвад