Меч пророка мухаммеда

11.04.2018 0 Автор admin

Меч пророка Мухаммеда

Одним из наиболее известных и ярких символов мусульманского Востока является Зульфикар — меч, в соответствии с коранической традицией принадлежавший пророку Мухаммеду. Для мусульман он означает приблизительно то же, что меч короля Артура — для жителей Британии. Особенно почитают Зульфикар мусульмане-шииты. Согласно исламской традиции, после смерти Мухаммеда меч по завещанию достался Али ибн Абу Талибу, зятю пророка, который, с точки зрения шиитов, был первым и единственным законным преемником Мухаммеда (халифом).

Существуют различные варианты названия меча, отражающие региональные особенности произношения: Зульфикар, Золфагар, Тульфикар, Дульфикар, Дульфагар и т. д. Среди арабов больше распространено название Тульфикар (Thulfiqar), в то время как персы предпочитают именовать легендарный меч пророка Мухаммеда Зульфикаром (Zulfiqar). В зависимости от способа произношения по-разному переводится и название меча, по наиболее распространенный вариант перевода происходит от арабского Dhu al-Fiqar или Dhu’l-Fiqar — «ломающий позвонки». По другой версии, название меча происходит от арабского Dhu al-Fakar — «обладатель метки» (из-за того, что лезвие меча имело на себе некие особые метки или знаки).

Происхождение меча окутано легендами. Рассказывают, например, что он принадлежал первому человеку — Адаму, который принес его на землю после изгнания из рая. Согласно наиболее распространенной версии, меч достался пророку Мухаммеду в качестве трофея после сражения у колодцев Бадр в 624 году, а до этого он принадлежал одному из вождей племени куреишитов. В руках пророка оружие приобрело магическую, сокрушительную силу.

По преданию, Мухаммед передал (по другой версии, завещал) Зульфикар своему зятю Али, великому воину. Большинство источников сходятся в том, что это произошло во время исторической битвы при горе Ухуд, произошедшей 23 марта 625 года. Одна из легенд утверждает, что меч для Али принес с небес сам архангел Гавриил (Джибрил) после того, как в жестокой сече тот уже сломал девять мечей. С Зульфикаром в руке Али бросился на вражеского предводителя Амра ибд Абдауда, сила которого превосходила силу тысячи воинов. Никто не отваживался сойтись с ним в единоборстве. Однако для Али не было препятствий. Одним ударом волшебного меча он разрубил пополам щит противника, разбил его шлем и поверг силача на землю. Видя это, пророк Мухаммед восхищенно воскликнул: «Нет героя кроме Али, нет меча кроме Зульфикара!» В последующие века этот девиз стал боевым кличем мусульманских армий, оружейники вы-гравировывали его на клинках мечей.

В руке Али Зульфикар стал самым известным мечом в истории ислама. По преданию, этот меч имел два лезвия и обладал волшебными свойствами: например, им невозможно было убить невинного человека. Коэда Али не сражался, он оставлял Зульфикар висеть в воздухе, просто подбрасывая его, а в случае нужды меч чудесным образом оказывался у него в руке. Считалось, что Зульфикар защищает границы мусульманского мира от врагов. Однако, как гласит известная в Средней Азии легенда, этот меч ломался, если умерший где-либо мусульманин не был похоронен. Захоронение следовало произвести как можно быстрее — для того чтобы обломки Зульфикара срослись и он снова встал на стражу границ.

Сын Али, имам аль-Хусейн ибн Али, с Зульфикаром в руках сражался против омейядского халифа Язида ибн Муавия в битве при Кербеле (Ирак) в октябре 680 года. Память об этом сражении до сих пор жива среди мусульман-шиитов. Войска Язида окружили небольшой отряд Хусейна, численность которого не превышала 300 человек. Получив несколько ран, Хусейн пал на поле битвы, почти все его люди были уничтожены. Время не смягчило горестных воспоминаний об этом событии. Шииты до сих пор переживают трагедию в Кербеле так, как будто она произошла только вчера. «Пей воду и проклинай Язида» — такую надпись можно увидеть в Кербеле на огромных кувшинах, выставленных на улице для страдающих от жажды прохожих. Считается, что само название «Кербела» происходит от выражения «карб аль-илаха» («рядом с богами») или от «аль-курб ва аль-бала» («скорбь и беда»).

Мечи пророка Мухаммеда

А меч Зульфикар после этих событий стал восприниматься как символ чести и мученичества.

После гибели Хусейна Зульфикар перешел в руки аббасидских халифов, а затем османских султанов. Постепенно меч приобретает все более реальные очертания, окружающий его ореол легенд и преданий рассеивается. В эпоху Средневековья он становится символом военной доблести и рыцарства. Турки-османы охотно приняли и использовали символику Зульфикара. Полулегендарный меч стал одной из эмблем турецких янычаров. Его изображение помещалось на военных знаменах, на могилах павших воинов.

Существуют различные варианты изображения Зульфикара. В одних случаях он изображается с двумя параллельными лезвиями, очевидно, призванными подчеркнуть волшебные свойства меча. Однако гораздо чаще его изображают в виде ятагана с раздвоенным острием (согласно легенде, лезвие меча раскололось, когда Али неосторожно вытягивал его из ножен). Во всех мусульманских странах изготавливались клинки, символизировавшие Зульфикар. Самые ранние из известных образцов имели раздвоенный конец, образованный треугольным вырезом. На этих клинках по традиции выгравировывалась надпись на арабском языке: «Нет героя кроме Али, нет меча кроме Зульфикара!» Вариации на тему Зульфикара очень разнообразны: известны мечи-«зульфикары» с раздвоенными в вертикальной или горизонтальной плоскости остриями клинка, с «пламенеющими» или волнистыми со стороны лезвия или обуха клинками. Клинки также могли быть кривыми или прямыми и сочетаться с разными эфесами.

Ну а что же сам легендарный меч? Пройдя через столетия и приобретя поистине всемирную славу, ныне он хранится в сокровищнице дворца-музея Топкапы в Стамбуле. В Турции он известен как Дульфакар (Dhu al-Faqar). Это тот самый меч, что стал трофеем пророка Мухаммеда в битве у колодцев Бадр и в дальнейшем принадлежал имаму Али и его сыну Хусейну. На лезвии меча выгравированы две сходящиеся линии — возможно, именно отсюда родилась легенда, что меч имел два острия.

Известны еще восемь мечей, принадлежавших пророку Мухаммеду. Семь из них ныне находятся в сокровищнице дворца Топкапы. Считается, что один из них, носящий имя Кали (Кулай), — один из трех мечей, взятых пророком в качестве трофеев после сражения с еврейским племенем бану-курейса (бану-кайнака) в 627 году под стенами Медины (по другой версии, Абд аль-Муталиб, дед пророка Мухаммеда, обнаружил этот меч близ источника Земзем в Мекке). Лезвие меча имеет длину 100 см. На нем выгравирована арабская надпись: «Это благородный меч дома пророка Мухаммеда, посланника Аллаха». Другим мечом, захваченным в сражении с бану-курейса, является легендарный Ал-Баттар, по преданию, принадлежавший библейскому силачу Голиафу. Следующим обладателем меча был Давид, победивший Голиафа и ставший царем Израиля. Существует легенда, что именно этим мечом Иисус Христос поразит Антихриста в час своего Второго пришествия.

Меч Ал-Баттар, который также хранится в сокровищнице дворца Топкапы, называют «мечом пророков». На его лезвии (его длина составляет 101 см) выгравированы имена Давида, Соломона, Моисея, Аарона, Иосифа, Захарии, Иоанна Крестителя, Иисуса Христа и Мухаммеда. На мече имеются также древняя надпись на языке арабов-набатейцев и рисунок, изображающий царя Давида с отрубленной головой Голиафа.

Третий меч, принадлежащий к числу трофеев битвы при Медине, — Хатф, меч, по преданию, собственноручно выкованный царем Давидом. Он изготовлен по образцу меча Ал-Баттар, по имеет несколько большие размеры, его лезвие имеет длину 112 см и ширину 8 см. Согласно легенде, этот меч был боевым мечом царя Давида, а позже был передан им на хранение священникам-левитам. В дальнейшем меч неисповедимыми путями оказался в племени бану-курейса, а потом перешел в руки пророка Мухаммеда.

Меч Ал-Расуб, как считается, был фамильным мечом, долгое время принадлежавшим семье пророка. Длина его лезвия составляет 140 см. Меч украшают золотые кружки, на которых выгравировало имя некоего Джафара аль-Садыка.

Меч Ал-Матхур, известный также как Матхур ал-Фиджар, принадлежал пророку Мухаммеду еще до того, как он получил первое откровение от Бога. Он достался пророку от его отца. С этим мечом Мухаммед отправился в свое историческое путешествие из Мекки в Медану, известное как «хиджра». Ал-Матхур сопровождал пророка во всех последующих походах и по завещанию был передан его зятю Али. Длина лезвия меча составляет 99 см. Рукоять украшена двумя золотыми змеями и инкрустирована изумрудами и бирюзой; на лезвии близ рукояти имеется надпись «Абдаллах ибн Абд аль-Муталиб», выполненная старинной куфической вязью.

Шестой меч, Ал-Микдам, когда-то также принадлежал пророку Мухаммеду и от пего перешел к Али ибн Абу Талибу, а от пего — к его сыновьям (по другой версии, он был захвачен в качестве военного трофея Али ибн Абу Талибом во время одного из набегов на Сирию). Длина лезвия меча составляет 97 см; на нем выгравировано имя «Аль-Дин Зайн аль-Абидин» (возможно, это имя мастера).

Седьмой меч, Ал-Кадиб, скорее похож на длинный стилет (его длина составляет 100 см). Это было оружие для защиты путников и паломников. На одной стороне лезвия выгравирована длинная надпись: «Нет Бога кроме Аллаха, и Мухаммед — пророк Его» («Мухаммед ибн Абдаллах ибн Абд аль-Муталиб»). Меч Ал-Кадиб долгое время принадлежал египетским правителям из династии Фатимидов.

Меч Ал-Адб — единственный из девяти мечей пророка Мухаммеда, хранящийся за пределами Стамбула. Ныне он находится в Египте, в мечети имама Хусейна в Каире. Название меча в переводе означает «острый». Этот меч прислал Мухаммеду один из его соратников накануне сражения у колодцев Бадр. Меч Ал-Адб был в руках пророка во время битвы при горе Ухуд, а в дальнейшем омейядские и фатимидские правители использовали его в ритуальных целях: на этом мече подданные клялись в верности правящему халифу.

Навигация: Интересности из интернета / 2015 год / 9 марта / Вооружение

Зульфакар

Зульфакар (Zulfiqar, Dhu al-faqar) – один из самых знаменитых мечей мусульманского Востока. В основном он стал известен тем, что его владельцем был пророк Мухаммед (Магомет). В зависимости от территориальной особенности название меча и способы произношения разнятся между собой: Зульфикар, Тульфикар, Золфакар, Дульфикар, Джуль Факар и другие. А соответственно от этого зависит, в каком варианте будет переведено название этого меча: «Бороздчатый», «Ломающий позвонки», «Имеющий позвонки», «Решительный» и прочие. В руках пророка, а потом и его предшественника Зульфакар прославился как грозное оружие, разящее неправедных. «Меч – ключ небес и ада», — эти слова приписывают Мухаммеду.

Существует две версии происхождения Зульфакара. Одна из них кажется слишком мистической, что вполне неудивительно, учитывая любовь восточных народов к приукрашениям и различным легендам.

Меч Зульфакар история и выдумки

Согласно этой легенде меч был принесен с небес для Али, зятя Мухаммеда, самим архангелом Гавриилом (в исламе — Джебраил) после того как жаркой битве он сломал уже несколько мечей. И с небесным подарком Али смог одним ударом победить вражеского предводителя, сила которого была неимоверной. Увидев это, пророк Мухаммед воскликнул: «Нет героя кроме Али, нет меча кроме Зульфакара!». Потом такая надпись стала традиционно наноситься на мечи, символизировавшие Зульфакар. По другой, более правдоподобной версии, Зульфакар достался Мухаммеду в числе многих трофеев, добытых в битве при Бадре в 624 году. Точных сведений о том, кто мог быть прежним владельцем легендарного меча, не сохранилось. От Мухаммеда Зульфакар потом перешел к Али ибн Абу Талибу, преемнику пророка.

Относительно сохранности клинка до нашего времени, в которое доступные горящие туры набирают всё большую популярность, имеется немало споров. Некоторые утверждают, что Зульфакар сохранился и выставляется в коллекции музея Топкапы города Стамбула. Но меч, который там находится, имеет широкий прямой клинок 1 метра длиной. А это совершенно противоречит легендам о сабле с раздвоенным острием или двумя клинками. Вполне возможно, что в давние времена возникла путаница и обоюдоострый Зульфакар стали воспринимать как меч «с двумя клинками». Подобное заблуждение также могло возникнуть от настолько быстрых взмахов мечом, что казалось, будто он в двух местах одновременно. А если меч, хранящийся в Стамбуле, является одной из вариаций Зульфакара, то как предполагают другие специалисты, легенда о двухклинковом мече может быть связана с двояковыгнутым на манер ятагана клинком. Другая теория, связанная с внешним видом Зульфакара все же настаивает на пропаже меча и считается, что он имел раздвоенное на конце острие и мог быть даже волнистым. По одной из восточных легенд, когда имам Али неосторожно вытянул оружие из ножен, его лезвие на конце раскололось.

Так как в Коране и других источниках нет описания Зульфакара, точно описать внешний вид оружия не представляется возможным. Поэтому, как и ранее, так и сейчас существует множество вариантов облика легендарного клинка. Образцы, символизировавшие Зульфакар, изготавливались с прямыми и изогнутыми клинками, волнистыми, обоюдоострыми или с полуторной заточкой, с треугольным раздвоенным вырезом и эфесом различной формы. Так стали появляться сабли, палаши, мечи с необычным клинком.

В преданиях Востока Зульфикар очень часто наделяется магическими свойствами. Когда Мухаммед (либо Али) воевал, он подбрасывал меч и до нужного момента клинок висел в воздухе, а когда было необходимо, чудесным образом оказывался в руках владельца. Считалось, что волшебное оружие разило лишь виновных и ограждало границы исламского мира от врагов. Но если на какой-либо территории умерший мусульманин оказывался не погребенным, меч ломался. И чтоб срослись обломки Зульфакара и меч вновь охранял границы необходимо было как можно быстрее захоронить умершего. Еще, согласно преданиям, одна сторона Зульфакара убивала, а другая могла лечить.

Когда в 661 году великий воин Али был предательски убит, ислам расколот на две враждующие стороны – шиитов сторонников Али и суннитов. После этих событий Зульфакар достался его сыновьям. Старший вскоре умер, а младший, имам Хусейн владел мечом недолго. В 680 году его небольшое войско окружили превосходящие силы противника и почти со всеми своими людьми преемник Али пал. Этот момент истории и в наше время оплакивается шиитами. А Зульфакар со времени той битвы почитается как символ мученичества и чести. После смерти Хусейн мечом владели суннитские халифы, потом турецкие султаны.

В XVIII – XIX веках большое распространение в качестве парадного оружия получают сабли «зульфакары», их носят знатные люди. Как и раньше, так и по прошествии веков Зульфакар является одним из символов мусульманского мира. В средневековье символическое изображение легендарного меча стало одной из эмблем турецких янычар. Его изображения наносились на военные знамена, на могилы погибших воинов.

Зульфакар. Интересные факты:

С 1996 года и по наше время в Иране выпускаются танки под названием Зульфикар, названные в честь легендарного меча Востока.

Впоследствии название легендарного Зульфакара у мусульман стало популярным мужским именем. Например, один из пакистанских политических деятелей прошлого, президент и премьер-министр Пакистана носил имя Зульфикар Али Бхутто (1928-1979 гг).

Автор: pzrk02, источник

Зульфикар (меч)

Глава I. АВТОР «ЛИГУРИАД»

На расстоянии ружейного выстрела от берега, в том самом месте, где вода из изумрудной становилась сапфировой, стояли на якорях галеры с парусами, поникшими в неподвижном мареве августовского полудня. Андреа Дориа note 1 следил за заливом от скалистого мыса Портофино на востоке до далекого Капо-Мелле на западе. Он видел, что эскадра перекрывала все морские подходы к сияющей мраморным великолепием великой Генуе, поднимавшейся террасами в объятиях окружающих ее гор.

В тылу длинного ряда кораблей расположилась вспомогательная эскадра, семь судов. Богато украшенные и позолоченные от носа до кормы, они несли на верхушках своих мачт папские флаги: на одном — ключи Святого Петра, на другом — регалии Медичи, к дому которых принадлежал его святейшество. По каждому из красных бортов располагались тридцать массивных весел, похожие на гигантский, наполовину сложенный веер.

В шатре — так называлась роскошная папская каюта, в сибаритской обители, увешанной коврами и сверкающими восточными шелками, восседал папский капитан, знаменитый Просперо Адорно, мечтатель и боец, солдат и поэт. Поэты ценили в нем великого воина, тогда как воины отдавали должное его таланту выдающегося стихотворца.

Как поэт Просперо взывает к вам из «Лигуриад», бессмертной эпической песни морю, предмет которой провозглашен в ее первых же строках:

Io canto i prodi del liguro lido,

Le armi loro e la lor, virtu.note 2

Как солдат он, пожалуй, достиг таких высот славы, каких никогда не достигали другие поэты. Ему было тридцать лет и он уже прославился как морской кондотьер note 3. Четыре года назад в сражении при Гойалатте его искусство и отвага спасли великого Андреа Дориа от рук Драгут-реиса, анатолийца, прозванного за свои подвиги Мечом Ислама. Слава его как человека, спасшего христиан от поражения, облетела Средиземноморье. А когда впоследствии Дориа перешел на службу к королю Франции, Просперо Адорно стал капитаном папского флота.

Теперь, когда его святейшество вступил в союз с Францией и Венецией против императора note 4, чьи армии поразили мир разграблением Рима в мае 1527 года, Андреа Дориа как адмирал Франции и первый мореплаватель своего времени стал главнокомандующим союзного флота; и таким образом Просперо Адорно вновь оказался на службе под началом Дориа. На первый взгляд, это поставило его в двусмысленное положение, заставив поднять оружие против республики, где его отец был дожем. В действительности, однако, целью кампании было избавление стонущей Генуи от императорского ига, а блокада должна была восстановить независимость его родины и превратить его отца из марионеточного правителя во влиятельного владыку.

С того места, где сидел Просперо, через арку шатра судно открывалось во всей длине до самого полубака, бастионом возвышающегося на носу корабля. Вдоль узкой палубы между скамьями для гребцов медленно шагали два раба-надсмотрщика; у каждого под мышкой была зажата плеть из сыромятной буйволовой кожи. По обе стороны от этой палубы, несколько ниже ее уровня, дремали в своих цепях праздные рабы. У каждого весла было по пять человек, всего — триста; несчастные представители разных рас и вероисповеданий: смуглые и угрюмые арабы, стойкие и выносливые турки, меланхоличные чернокожие тунисцы из Суса note 5 и даже враждебно настроенные христиане, все породненные общей бедой.

Внезапный сигнал трубы нарушил покой капитана. Перед входом в шатер появился почтительный офицер.

— Синьор, приближается шлюпка главнокомандующего.

Просперо мгновенно, одним упругим движением, вскочил на ноги. Именно эта атлетическая легкость, широкие плечи, тонкая талия и создавали образ воина. Из-за большого лба чисто выбритый подбородок Просперо казался узким, а широко поставленные задумчивые глаза и крупный подвижный рот не очень вязались с профессией солдата. Это было лицо, не унаследовавшее и малой толики чарующей красоты его пылкой и недалекой матери-флорентийки, Аурелии Строцци, запечатленной на портретах Тициана. Только бронзовые волосы и живые голубые, хотя и не столь красивые глаза повторились в ее сыне. По строгому богатству его платья, кованому золотому поясу без всякого орнамента, косо ниспадавшему на бедра, тяжелому кинжалу можно было определить, что его вкусы воспитывались изысканным Балдассаре Кастильоне note 6.

Он поджидал на корме двенадцативесельную шлюпку, несущую белый штандарт, расшитый золотыми королевскими лилиями, и не шелохнулся, когда по короткому трапу на палубу корабля из нее поднялись три человека. Это были Андреа Дориа и его племянники, Джанеттино и Филиппино.

Первым на борт поднялся Андреа. Мужчины из дома Дориа не отличались привлекательностью, но во внешности этого мужественного шестидесятилетнего человека с грозно насупленными рыжими бровями, огромным носом и длинной огненной бородой сквозило достоинство, а манеры отличались сдержанным благородством. В тяжелой нижней челюсти чувствовалась сила; высокий открытый лоб выдавал ум, а в глубоко посаженных узких глазах пряталось лукавство. Несмотря на возраст, он держался живо и энергично, будто сорокалетний.

Джанеттино, проследовавший за ним, был грузен и неуклюж. Его лицо

— крупное, гладко выбритое, с длинным носом и маленьким подбородком — было женоподобным и потому, даже не будучи уродливым, производило отталкивающее впечатление. Выпученные глазки казались подленькими, а маленький рот свидетельствовал о раздражительности. В своем стремлении подражать холодному достоинству дяди Джанеттино сумел достичь лишь воинственной заносчивости. Люди считали его племянником Андреа Дориа. На самом же деле он был сыном его дальней и бедной родственницы, который мог бы унаследовать дело отца — шелковую мануфактуру и торговлю, если бы не любящий устраивать судьбы своих родственников дядя. Его наряд демонстрировал склонность к щегольству.

Зульфикар (меч)

Разноцветные рейтузы и рукава с модными буфами и разрезами смущали глаз черно-бело-желтой пестротой.

Возраст обоих племянников приближался к тридцати годам. Оба были черноволосы и смуглы. На этом сходство между ними заканчивалось. Филиппино, одежда которого была столь же сдержанна, насколько кричащим был костюм Джанеттино, двигался быстрой и легкой походкой, слегка сутулясь, тогда как его кузен выступал важно, горделиво выпрямившись. В лице Филиппино не было изъянов, свойственных Джанеттино. Мясистый нос с горбинкой слегка нависал над короткой верхней губой; глаза цвета речного ила были полуприкрыты; короткая черная борода прикрывала подбородок. На перевязи из черной тафты он держал забинтованную правую руку. Манеры его выдавали хандру и угрюмость. Едва войдя в шатер и не ожидая, как того требовала учтивость, пока заговорит дядя, Филиппино первым — и весьма злобно — повел речь.

— Наше доверие к вашему отцу, синьор Просперо, вчера ночью обошлось нам слишком дорого. Более четырехсот человек потеряны, из них семьдесят — убитыми на месте. Вы, вероятно, еще не слышали, что наш кузен скончался от полученных ран. Этот памятный подарок я привез из Портофино. — Он показал на свою руку.

Этот наскок тотчас же поддержал другой племянник.

— Дело в том, что нам расставили ловушку. Гнусное вероломство, за которое мы должны благодарить дожа Адорно.

С царственной сдержанностью Просперо холодно переводил свои ясные глаза с одного напыщенного болтуна на другого.

— Господа, мне столь же непонятны ваши слова, сколь и ваши манеры. Не хотите ли вы сказать, что мой отец ответствен за провал вашей безрассудной попытки высадиться?

— Безрассудной попытки! — взорвался Филиппино. — Боже мой!

— Я сужу по тому, что мне рассказали прошлой ночью. Столь быстрый и мощный отпор доказывает, что ваше приближение вряд ли было достаточно осторожным. Не следовало предполагать, что в таком уязвимом месте испанцы будут дремать.

— О, если бы то были испанцы! — взревел Дженеттино. — Но об испанцах и речи нет.

— Что значит — и речи нет? Прошлой ночью вы рассказывали о том, как ваш тайный отряд был встречен превосходящим числом императорских войск.

Наконец вмешался Андреа Дориа. Его тихий голос, спокойные мягкие манеры резко отличались от ярости племянников. Вспыльчивость была ему несвойственна.

— Просперо, мы взяли несколько пленных. Они не испанцы, а генуэзцы из милиции note 7. И теперь мы знаем, что руководил ими сам дож. Просперо изумленно уставился на них.

— Мой отец повел генуэзцев против вас? — Он едва не рассмеялся. — В это невозможно поверить. Моему отцу известны наши цели.

— Означает ли это, что он нас поддерживает? — спросил Джанеттино.

— Мы полагали…

Просперо мягко перебил его:

— Обвинение в обратном оскорбительно для него. Андреа вновь вмешался в разговор.

— Будьте терпимы к их горячности, — попросил он. — Смерть Этторе стала для нас ударом. В конце концов, мы должны помнить — а может, нам не следовало и ранее забывать об этом, — что дож Адорно получил герцогскую корону от императора. Он может опасаться потери всего того, что обрел с приходом императора к власти.

— С чего бы? Дож был избран при поддержке генуэзцев и не может быть низложен. Господа, должно быть ваши сведения столь же ложны, как и ваши предположения.

— В наших сведениях можете не сомневаться, — ответил ему Филиппино. — Что же касается предположений, то вашему отцу должно быть известно, что французскими войсками командует Чезаре Фрегозо, которого именно он лишил такого же звания. Это может заставить его усомниться в собственном положении в случае успеха французов.

Просперо покачал головой. Но прежде, чем он смог заговорить, Джаннеттино резко добавил:

— Именно эти распри отравляют все; эта веками длящаяся борьба между Адорно, Фрегозо, Спинолой, Фиески и прочими. Каждый дерется за свой кусок. На протяжении поколений это было кошмаром для республики, истощало силы Генуи, которая когда-то превосходила своим могуществом Венецию. Обескровленная вашей проклятой грызней, она пала под пятой иностранных деспотов. И мы здесь, — взревел он, — именно для того, чтобы положить конец как междоусобным распрям, так и посягательствам чужеземных узурпаторов. Мы взялись за оружие, чтобы вернуть Генуе независимость. Мы здесь, чтобы…

Терпение Просперо иссякло.

— Господа, господа! Оставьте это. Не нужно произносить здесь речи! Я знаю, зачем мы осаждаем Геную. В противном случае меня бы с вами не было.

— Это, — спокойно и уверенно сказал старший Дориа, — должно быть достаточным доказательством для вашего отца, даже если он и забыл, что я сам генуэзец до мозга костей и что моей единственной целью всегда было процветание моей страны.

— Я писал ему, — сказал Просперо, — что вы получили заверения короля Франции в том, что Генуе наконец будет возвращена независимость. Должно быть, — заключил он, — мои письма до него не дошли.

— Я рассматривал такую возможность, — сказал Андреа. Его вспыльчивые племянники попытались было возразить, но он мягко остановил их.

— В конце концов, возможно, объяснение именно в этом. Земли Милана полны испанцами де Лейвы, и ваш гонец мог быть перехвачен. Но следует написать ему еще раз, чтобы остановить кровопролитие и открыть нам ворота Генуи. У дожа должно быть достаточно для этого местных добровольцев.

— Как мне теперь переправить ему письма? — спросил Просперо. Андреа сел, уперев одну руку в мощное колено, а другой задумчиво поглаживая бороду.

— Вы можете сделать это открыто, под флагом парламентера. Просперо в задумчивости прошелся по шатру.

— Испанцы могут опять перехватить его, — сказал он наконец. — И на этот раз письмо, возможно, поставит под угрозу моего отца.

На вход в шатер упала тень. На пороге стоял один из лейтенантов Просперо.

— Прошу прощения, господин капитан. Прибыл рыбак из залива. Он говорит, что у него письмо для вас, но передаст он его только в ваши собственные руки.

Все застыли в изумлении. Затем Джаннеттино круто повернулся к Просперо.

— Вы что, ведете переписку с городом? И вы еще спрашиваете…

— Терпение! — прервал его дядя. — Что толку строить догадки?

Просперо взглянул на Дженнеттино без всякого возмущения.

— Введите посланца, — коротко приказал он.

Больше не было сказано ни слова, пока на зов офицера не явился босоногий юнец. Темные глаза парня по очереди внимательно оглядели каждого из четырех мужчин.

— Мессер Просперо Адорно? — спросил он. Просперо выступил вперед.

— Это я.

Рыбак вытащил из-за пазухи запечатанный пакет и протянул его. Просперо бросил взгляд на надпищь, и, когда вскрывал печать, пальцы его слегка дрожали. Он читал, и лицо его омрачалось. Закончив, он поднял глаза и встретился взглядом с тремя Дориа, наблюдавшими за ним. Он молча (протянул письмо Андреа. Затем обратился к своему офицеру, указывая на рыбака:

— Пусть подождет внизу.

В этот мил Андреа испустил вздох облегчения.

— По крайней мере, это подтверждает вашу правоту, Просперо. — Он повернулся к племянникам. — А ваши обвинения — нет.

— Пусть прочтут сами, — сказал Просперо. Адмирал протянул листок Джаннеттино.

— Впредь вам наука: не будете судить слишком поспешно, — мягко пожурил он племянников. — Я рад, что действия его светлости проистекают от недостаточного понимания наших целей. После того, как вы проинформируете его, Просперо, используя предоставившуюся сейчас возможность, мы сможем надеяться, что сопротивлению Генуи скоро наступит конец.

Оба племянника в полной тишине читали письмо:

«От пленников, захваченных вчера ночью в Портофино, — писал Антоньотто Адорно, — я с прискорбием узнал, что ты находишься в блокирующей нас папской эскадре. Несмотря на доказательства, не оставляющие места для сомнений, я не могу поверить, что ты поднял оружие против своей родной земли, тем более — против родного отца. Хотя кажется, что этому нет никаких объяснений, они все же должны быть, если только не произошло нечто, полностью изменившее твою натуру. Это письмо доставит тебе рыбак из залива, и он, без сомнения, будет пропущен к тебе. Он же привезет мне твой ответ, если только он у тебя есть, о чем я молю Бога».

Филиппино мрачно взглянул на дядю.

— Я разделяю ваши надежды, но не вашу уверенность. Тон дожа кажется мне враждебным.

— И мне, — согласился с ним Джаннеттино. Он гневно повернулся к Просперо. — Объясните его светлости, что он не мог бы навредить себе больше, чем оказывая нам сопротивление. В итоге могущество Франции победит, и он будет привлечен к ответственности за каждую каплю бессмысленно пролитой крови.

Просперо прямо и спокойно посмотрел ему в лицо.

— Если у вас есть подобное сообщение для моего отца, вы можете послать его от себя лично. Хотя не советовал бы этого делать, поскольку я еще не встречал Адорно, которого можно было взять на испуг. Советую вам, Джаннеттино, помнить это и когда вы разговариваете со мной. Если кто-то сказал вам, что мое терпение беспредельно, он вам солгал.

Это могло бы стать прелюдией к весьма серьезной ссоре, если бы не адмирал.

— Поверьте, вы и так были слишком терпеливы, Просперо, и я вдолблю это нахалам в головы. — Он поднялся. — Нет необходимости стеснять вас нашим присутствием теперь, когда все разъяснилось. Мы только задерживаем отправку вашего письма.

И он вывел заносчивую парочку из шатра, прежде чем они успели натворить бед.

MAC1976 10-09-2013 16:43

‘Царя царей — великого Надира
Я славила, сверкая и звеня,
И в двадцати походах он полмира
Смог покорить при помощи меня.’
Р. Гамзатов

Один мой коллега после поездки в Кубачи для проведения фокус-групп рассказал мне легенду о сабле Надир-шаха. О том, что надпись, выгравированная неизвестным мастером на клинке гласит, что она ‘изготовлена в мастерской Лахора в 473 году’. На грани клинка, в продольном углублении, написано: ‘Эту саблю захватил в качестве трофея Победитель Вселенной — Тимур в числе оставшихся вещей Султана Махмуд-Шаха Насреддина после его бегства в Гуджарат в 801 году (Хиджры), и он, опоясавшись ею, возвратился в страну Фарс’. С правой стороны клинка подпись: ‘:Надир-шах, в качестве трофея, захватил эту саблю в городе Дели из казны Равшан — сестры Мухаммед-шаха сына Джахан-шаха — одного из Гурханийских владык, и он опоясался ею в 1152 году (хиджры)’. Так же по фотографиям было видно, что это сабля зульфикар. Так часто называют клинки с лезвием, раздвоенным горизонтально или вертикально.

Зульфикар — название сабли пророка Мухаммеда, который после смерти Мухаммеда перешёл к праведному халифу Али ибн Абу Талибу, первому имаму в учении шиитов. Один из знаменитых мечей доисламской Аравии, принадлежавший до Пророка Мухаммеда мекканцу Мунаббиху ибн Хаджжаджу. Пророк Мухаммед взял его при разделе трофеев, захваченных в битве при Бадре в 624 году. Существуют разные мнения относительно формы Зульфикара, но его главный признак — раздвоенное острие.
В легендах Зульфикар часто наделяется магической силой и волшебными свойствами. Например говорили, что у легендарной сабли одна сторона лечит, другая убивает. По преданию, Мухаммед передал (по другой версии — завещал) Зульфикар своему двоюродному брату и зятю Али, женатому на его дочери Фатиме. Большинство источников сходятся в том, что это произошло во время битвы при горе Оход, произошедшей 23 марта 625 года, хотя легенда утверждает, что саблю для Али принес с небес сам архангел Гавриил (Джебраил) после того, как в жестокой сече тот уже сломал девять мечей. С Зульфикаром в руке Али бросился на вражеского предводителя Амра ибд Абдауда, сила которого превосходила силу тысячи воинов. Никто не отваживался сойтись с ним в единоборстве. Однако для Али не было препятствий. Одним ударом волшебного меча он разрубил пополам щит противника, разбил его шлем и поверг силача на землю.
Видя это, пророк Мухаммед восхищенно воскликнул: ‘Нет героя, кроме Али, нет меча, кроме Зульфикара!’ В последующие века этот девиз стал боевым кличем мусульманских армий, оружейники часто делали гравировку с такой надписью на клинках мечей и сабель.
В руке Али, действительно выдающегося воина, Зульфикар стал самым известным мечом в истории ислама.

Меч Зульфакар история и выдумки

Меч имел два лезвия и обладал волшебными свойствами: например, им невозможно было убить невинного человека. Когда Али не сражался, он оставлял Зульфикар висеть в воздухе, просто подбрасывая его, а в случае нужды меч чудесным образом оказывался у него в руке. Считалось, что Зульфикар защищает границы мусульманского мира от врагов. Однако, как гласит известная в Средней Азии легенда, этот меч ломался, если умерший где-либо мусульманин не был похоронен. Захоронение следовало произвести как можно быстрее — для того, чтобы обломки Зульфикара срослись и он снова встал на стражу границ.
После моих рассказов об этом удивительном оружии другой коллега попросил сделать ему точную копию этой сабли. И когда ему из Кубачей прислали копию знаменитой сабли Надир-шаха мы с ним долго спорили насколько это точная копия легендарного оружия свирепых завоевателей. И когда, я в очередной раз отправился проводить исследования в Дагестан, решил, что обязательно заеду в Кубачи посмотреть на это знаменитое оружие. Скажу сразу, что всё, что рассказывали мне о Кубачах в Махачкале оказалось враньем и выдумкой. Легендарный город мастеров, спрятанный в небесных облаках на вершине гор, и его мастера, которые передают свои традиции тысячу лет — это большой рассказ, поэтому отложим его на другой раз, а сейчас поговорим о сабле Надир-шаха.
Сентябрь, 1741 г. Правитель Персии Надир-Шах отступает в Дербент. Очередная попытка усмирить, утопив в крови, непокорных дагестанских горцев окончилась полным провалом. После пяти дней битвы от пятидесятитысячного войска осталось не более половины. Из тех, кто еще жив, многие ранены и измотаны. И совершенно ясно, что не все они доберутся до безопасных мест — отстоявшие свою свободу дагестанцы постоянно преследуют Надир-Шаха. Почти все вьючные животные пали, приходится бросать все, что задерживает наступление — артиллерию, обозы. Где-то там — позади остался обоз с полевой казной, он достался дагестанцам. И что самое ужасное, там же на поле битвы осталась знаменитая сабля, принадлежавшая когда-то самому Тимуру, символ полководческой удачи Надир-Шаха, сабля которой по легенде более 1500 лет, возможно родственница знаменитого волшебного меча пророка Зульфикара. Сабля, которую более 1000 лет носили завоеватели на поясе, стирая в порошок города вместе с жителями. Сабля, клинок которой украшен надписями предыдущих владельцев, а так же змеями, которых на ней не один десяток:
Кстати, в Чеченском Государственном Музее в открытом доступе лежит сабля, на клинке которой нанесен рисунок зульфикара, в ножнах, так же украшенного змеями. Автор хотел показать, что сабля имеет двойное лезвие, но из-за специфики передачи изображения вместо горизонтального зульфикара изобразил вертикальный. Скорей всего это следствие того, что язык змеи имеет горизонтальное строение, поэтому подлинный зульфикар горизонтальный, а вертикальный зульфикар — это неверная передача анатомической идеи. А если зульфикары имели природу змеи, становится понятно, откуда взялась идея о том, что один клинок убивает, а другой лечит. Вероятно, сабля раньше была отравлена, а раздвоенное лезвие является символом языка змеи.

Но вернемся к истории клинка. В первой половине 18-го века Персия переживала далеко не лучшие свои времена. Некогда великая империя раздроблена — северные территории поделили между собой Россия и Турция, столицу заняли афганские мятежники. Казалось, ничто не может спасти страну. Молодой шах Тахмасп собирает войска, чтобы вернуть себе хотя бы столицу, на его призыв отвечает и Надир. Надир не мог похвастаться знатным происхождением, однако выдающиеся воинские и полководческие таланты позволили подняться ему очень высоко. К 1726-му году он уже управлял отменным войском собранным им со всей Персии, огромную дань ему платили многие персидские феодалы, однако его амбиции были гораздо больше.
Начинается длинная кампания по освобождению Ирана от афганского ига, пять лет потребовалось Надиру, чтобы отчистить страну от мятежников. Тахмасп, опасаясь своего удачливого полководца, приказывает ему сложить оружие. Надир в ответ окружает дворец шаха и принуждает персидского правителя фактически отречься от власти. Захватив родную страну, Надир-Шах решает преследовать афганских мятежников укрывшихся на территории Империи Великих Моголов — современных Индии и Пакистана, где правят потомки Тимура. В 1737-м году войска Надир-Шаха взяли Дели, среди трофеев нашлась удивительная сабля.
Надпись, выгравированная на лезвии, гласила, что выкован он в 473 году. Возможно, что он старше самого Пророка на полторы сотни лет. Так же как и у Зульфикара — у клинка два лезвия. Возможно, они выкованы одним мастером. Безусловно, такая версия крайне льстила Надиру. Хотя, скорее всего, имеется в виду исламское летоисчисление, которое идет от 622 года по европейскому календарю.
Многие мастера исламского мира делали оружие подражающее Зульфикару. Понятно, что подобные клинки делались не столько для боя, а как символ воинской доблести и предназначались мусульманским владыкам. У сабли, оказавшейся в руках Надира, богатая судьба. Доподлинно известно, что к Тимуру она попала в 1398-м году в качестве трофея, а до этого принадлежала индийскому султану. Клинок был при Тамерлане во время его походов в Турцию и Китай, а после его смерти вернулся в Индию и несколько сотен лет хранился у его потомков. Тимур очень дорожил клинком, чему свидетельствует надпись на нем.
В истории Дагестана ужасным было нашествие хромого Тимура, покорившего до этого Индию, Иран, Среднюю Азию, совершившего походы в Китай, нанесшего поражение Золотой Орде. Именно в борьбе с Тимуром определилось единство народов Дагестана. В 1395 г. Тимур снова обрушился на кумыков, живущих между Тереком и Сулаком. Затем, оросив кровью предгорные районы, Тимур двинулся в Аварию, которая оставалась союзницей враждебных Тимуру монголов. По сохранившейся легенде, все мужчины сел Гагатль и Анди современного Ботлихского района сражались до последнего. Оставшихся в живых Тимур растоптал копытами коней. Затем, вернувшись в Тарки, Тимур направился в сторону нынешнего Буйнакска. Тимур саблей насаждал ислам (той которая сейчас называется сабля Надир-шаха) и свою войну называл ‘войною с неверными за веру’. (Напомним, что важным фактом в истории Дербента, входившего, согласно ряду авторов, в состав Кавказкой Албании под названием Диауна, было принятие христианства в 313 году. Так что в этом году исполняется 1700 лет принятия христианства в Дагестане. Город служил северным форпостом Албании. Во второй половине V в. албанский царь Ваче II сделал город Дербент на некоторое время главным христианским оплотом Албании в борьбе с зороастризмом). Одно из трагических событий во время пребывания Тимура в Дагестане произошло у с. Ушкуджа (ныне Акуша). По преданию, ‘всех верующих убили мечом джихада, а из убитых сделали холмы и опустошили всю их область’. Тогда же, в 1396 г., Тимур захватил селение Акуша и разорил его. На помощь даргинцам пришли аварцы и лакцы, которые также потерпели поражение. Известно, что Тимур, покорив аварцев, обратил их в ислам и назначил им мулл, которых обязал учить детей арабскому письму. Среднеазиатский завоеватель не трогал местных феодалов, оставил в их руках земли. У основания горы Цебе-меэр пришедшие жить из Гуниба в Аркас увидели фундаменты домов. Везде виднелись разрушенные до половины стены, сложенные из больших камней. По неизвестной причине в те далекие времена люди покинули эти места. Их судьба была сродни судьбе гунибцев. В одной арабской книге упоминается имя некоего Хоздала Хулубека, которому якобы принадлежала гора Цебе-меэр, и что местное население было изгнано оттуда воителями-мусульманами. Кто не успел убежать, были перебиты, сброшены в глубокую яму и засыпаны землей.
Это предположение основывается на легенде, услышанной ученым Магомедом Дибировым от 100-летнего нижнеказанищенца Яши Арсланбекова. По легенде выходило, что Тамерлан захватил и разорил Аркас. В бою почти все мужчины погибли. Женщин завоеватели связывали по рукам и ногам и клали на землю, а на обнаженную грудь бросали горящие угли. А наказание такое они понесли потому, что, переодевшись в одежды погибших мужчин, храбро сражались против завоевателей. На пятые сутки после падения старого Аркаса произошло невероятное. Избежавшие наказания женщины достали оружие, переоделись в мужскую одежду и неожиданно ударили по войскам Тамерлана. Они так храбро сражались, что на их усмирение хромой полководец потратил еще два дня.
Еще в предании говорится, что девушка из Аркаса через дымоход проникла в дом, где остановился Тамерлан, убила троих телохранителей и расправилась бы с Тамерланом, если бы не помощь других воинов: а может быть и сабли Надир-Шаха.
Завоеватель пришел в ярость и приказал загнать женское население, в том числе детей и старух, в один дом и сжечь. Что и было сделано. Таким образом, пребывание Тимура в Дагестане — это время неслыханных жестокостей, которые надолго остались в памяти горцев в виде легенд и преданий. В IV-VII вв. с вторжением арабов, татаро-монгол, а затем и Тамерлана в Дагестане постепенно вытеснялось христианство. В XV в. здесь уже господствовал ислам, хотя еще долго бытовали пережитки домусульманских религий.
Вещи, принадлежавшие Тимуру, как и сам средневековый правитель, всегда были окутаны огромным количеством легенд и наделялись прямо магической силой. А клинок Тимура к тому же, как две капли напоминал Зульфикар. Само собой, Надир-шах не мог пройти мимо подобной реликвии.
Клинок вместе с Надиром отправился на Кавказ. За очень короткое время персидский правитель с поразительной легкостью смог отвоевать назад все утерянные за пятнадцать лет до этого территории. Казалось, что Персия вот-вот вернет свое былое величие, никто не мог оказать сопротивления владельцу легендарной сабли. И тут на пути у Надир-Шаха встал Дагестан. Восстание в Дербенте было жестоко подавлено. Мурад-Али-хан по приказу Надир-шаха был казнен, а на его место был назначен Наджеф-султан. Отзвуком этих событий служит легенда о жестокости Надир-шаха, при взятии города велевшего вырвать защитникам Дербента по одному глазу, которые якобы были захоронены под каменным столбом во дворе Джума-мечети (по другой версии вырывали глаза только тем христианам которые не приняли ислам). После чего озлобленный упорством дагестанцев в сопротивлении своей власти, он уничтожил первые попавшиеся четырнадцать аулов. На протяжении нескольких лет Надир предпринимал попытки усмирить гордых горцев, но дальше окраин Дербента его власть не простиралась. Походы Надира вглубь территории страны отличались огромной жестокостью, перс сжигал деревни и истреблял местных жителей под корень. Так например о его злодеяниях до сих пор рассказывают почти во всех аулах Курах-дере. Осенью 1735 года завоеватели вторглись на территории Курах-дере. Жители героически сражались с врагами, однако силы были не равные, полчища шаха разрушили села до основания. Персы согнали женщин с грудными младенцами и стариков на площадь, связали их по рукам и ногам и топтали конскими копытами. В каждом ауле вам покажут такие места.
Во время очередного похода войска Надир-Шаха были разгромлены, и клинок оказался у кубачинцев. После утраты клинка удача отвернулась от прославленного полководца, он погиб в результате заговора через шесть лет, особых военных успехов за это время у него не было, зато развилась практически маниакальная подозрительность, переступавшая за грань с сумасшествием. Что в итоге и привело к заговору. Тем временем, нагрянувшие в Индию британцы отстранили от власти могольского султана.
Создается впечатление, что клинок хранил своих владельцев — три с половиной сотни лет Тимуридов, и несколько лет Надира. Люди, владевшие им, покоряли целые империи, но стоило им утратить клинок, как на них обрушивались все несчастья мира.
Как бы то ни было, гордые горцы смогли справиться с магической силой сабли, и клинок оказался в Дагестане. И вот тут следует очень интересное развитие истории. Во время наших путешествий по Кавказу мы нашли две сабли Надир-Шаха, которые очень похожи: саблю в Кубачах, и саблю в республиканском краеведческом музее Махачкалы. Сабля в музее города Махачкалы хранится тоже как сабля Надир-Шаха, которая до 20-го века хранилась в семье Чупановых-Аварских — потомков полководца, участвовавшего в битве против Надир-Шаха. В 1936-м году клинок был продан в Дагестанский Музей за 300 рублей, которые помогли выжить семье при депортации. В Кубачах говорят, что сабля у них настоящая и хранится уже более 200 лет.
Когда президент республики Дагестан Рамазан Абдулатипов посещал Кубачи, он удивился, как это сабля их Махачкалинского музея оказалась в Кубачах? Совместно с мастерами кубачинцами мы детально изучали саблю, в современных условиях точную копию сабли сделать невозможно, сам клинок невероятно изящно исполнен, и повторить все гравировки очень сложно. Рукоятка из кости очень тонкой работы, она повторяет анатомические подробности хищной кошки. Пасть хищника даже внутри очень детально проработана анатомически. Помимо большого количества змей на клинке, как внутри, так и снаружи и даже на обухе, на сабле есть много надписей и изображений львов (что вероятно подчеркивает ее царское предназначение), а так же людей — араба с тростью или индуса с саблей. Все 6 мест на клинке сабли, где возможно разместить гравировки, использованы. Местные мастера сказали, что они пробовали рубить мясо саблей, и она выхватывала кусок, лезвия при ударе сходились. Так же местные называли ее ‘ухорубкой’, так как если ударить ей по голове сверху вниз, то она должна аккуратно срубить два уха, скользнув по черепу.
Итак, сабли Надир-Шаха две. Так что хранится в Кубачах, более поздняя копия? Или оригинал, а копия находится в Дагестанском музее? Еще один клинок, ‘подражающий’ Зульфикару и когда-то принадлежавший какому-нибудь знатному исламскому правителю? К сожалению, экземпляр в Махачкале нам не удалось подробно изучить, так что у нас пока нет ответов на эти вопросы, экспертам еще предстоит установить судьбу этого клинка. Но вполне вероятно, что сабле, хранящейся в небольшом дагестанском селении, уже более тысячи лет и она представляет огромную историческую ценность. Возможно эта сабля стоит дороже Кубачей.

Интересно, что история с попыткой похищения сабли арабами произошла именно с экземпляром из Кубачей, а не из Дагестанского музея. По рассказам кубачинцев, в начале 90-х один из потомков Надир-Шаха пообещал одному из руководителей районного КГБ 1000000 долларов, если он сможет доставить саблю из Кубачей до аэродрома, на который влиятельный араб прислал свой самолет с условием, что тот взлетит, как только сабля окажется на его борту.
Похититель нашел несколько помощников, которые, убив нескольких охранников, пробрались лунной ночью в музей кубачинского предприятия. Похитители завладели саблей, но у них взыграла жадность, преступники стали разбивать витрины и решили забрать все ценное, что есть в музее. Успех опьянил их настолько, что при лунном свете они даже стали фехтовать шашками, которые хранились в музее. На этих шашках до сих пор остались зазубрины:
Тем временем старый охранник, раненый, единственный выживший из троих, полз к ближайшему дому, чтобы поднять тревогу. Грабители, упаковав все, стали спускаться по дороге из Кубачей. Эта вьющаяся вниз, как змея вдоль клинка, дорога, никогда не знала асфальта. Каждый раз, когда льется дождь, ее сильно размывает, и местные жители засыпают ямы грунтом. По такой дороге быстро не поедешь, а если хочешь ехать ночью и доехать хоть куда-то, надо быть осторожным. Пока тяжело нагруженные добычей преступники медленно продвигались по дороге вниз, раненый сторож поднял тревогу.
Быстро собравшееся народное ополчение пустилось в погоню, сообщив при этом в аул, куда шла дорога, чтобы там ждали воров и схватили их, если погоня не успеет. Внизу у моста воры поняли, что не смогут уйти с награбленным от преследователей. Выбросив все в бурный поток горной реки, они попытались скрыться, но погоня их настигла. На родной горе от местного жителя не спрятаться. Оказалось, что один из похитителей кубачинец и его тут же линчевали. Остальных сильно избили. Мешки с экспонатами из музея извлекли из речки.
Они до сих пор радуют кубачинцев и тех туристов, кто не боится мифов о горах Кавказа и приезжает посмотреть на работы серебряных дел мастеров и знаменитую саблю. Тот самый сторож тоже до сих пор жив и так же охраняет саблю, хотя ему уже немало лет, но в Кубачах, городе серебряных дел мастеров, облака прячут город не только от врагов, но и его жителей от старости. Настоящие мастера живут долго, а их наследие делает их бессмертными.
Спасибо судьбе, что дала возможность прикоснуться к этой удивительной истории. Жалею лишь об одном, что так и не удалось понять, какая сабля Надир-шаха настоящая, в Кубачах или Махачкале. Неужели кто-то все же смог сделать копию, которую не под силу сделать современным мастерам: или это разные старинные сабли, живущие до сих пор под одним именем. В любом случае, каждый ценитель оружия должен их увидеть, ибо не так много на территории России легендарных клинков такого уровня.

http://www.politkavkaz.ru/proj…-shah+04.09.13/





Rivkin 10-09-2013 18:52

Стандартное туристическое производство Кубачи, 1900 год, вариант подороже.

Israguest 10-09-2013 19:04

"Дверь поспешно растворилась, и на пороге ее показался новый посетитель.

— Кто здесь главный? — спросил он, тяжело дыша и рыская блудливыми глазами по комнате.

— Ну, я, — сказал председатель.

— Здоров, председатель, — гаркнул новоприбывший, протягивая лопатообразную ладонь. — Будем знакомы. Сын лейтенанта Шмидта.

— Кто? — спросил глава города, тараща глаза.

— Сын великого, незабвенного героя лейтенанта Шмидта, —

повторил пришелец,

— А вот же товарищ сидит— сын товарища Шмидта, Николай Шмидт.

И председатель в полном расстройстве указал на первого посетителя, лицо которого внезапно приобрело сонное выражение."

ArielB 11-09-2013 18:43

Тимура, как же…. Максимум, его команды 🙂

gor200766 11-09-2013 19:02

ну..надо же у Назарбаева тоже такой сабель есть.., так что этот ваш подделка

диверсант 16-09-2013 10:54

какой мудель эту статью писал, российский спилберг.

диверсант 16-09-2013 11:01

в кубачи сабля их же работы, дагестанская версия зульфакара, в музее махачкалы реальная сабля примерно 16 века, с подписями, булатная, возможно что подписи верны.

Мечи пророка Мухаммеда

Зуль-факар или зуль-фикар – название меча Посланника Аллаха (ДБАР). По поводу названия этого меча говорят, что на его клинке имеются шипы, похожие на звенья позвоночника («факар» в переводе с арабского языка значит позвонки).
История меча зуль-факар берёт своё начало в одной из битв, произошедших во время пророческой миссии Посланника Аллаха. Битва Ухуд была одной из жестоких битв эпохи становления Ислама. В этой битве Али ибн Аби Талиб (ДБМ) проявил чудеса героизма и жертвенности. Он отражал каждое нападение врага, направленное на Посланника Аллаха. Он так яростно рубил врага, что его меч сломался. Тогда Посланник Аллаха (ДБАР) отдал ему свой меч, носивший имя зуль-факар. В той битве язычники бросили в Пророка камень и нанесли ему рану. Имам Али (ДБМ) неистово защищал его, не жалея себя. Некоторые историки пишут в своих трудах, что во время битвы Ухуд Али ибн Аби Талибу было нанесено более шестидесяти ран в голову, лицо, тело. Тогда к Пророку спустился ангел Джибрииль и сказал: «Это и есть благодеяние». После этого Посланник Аллаха (ДБАР) произнёс: «Али от меня, а я от него». Джибрииль же сказал: «А я от вас двоих».
Из ряда хадисов следует, что меч зуль-факар относится к числу предметов, по наследству перешедших от Посланника Аллаха к непорочным имамам, которые по очереди были его обладателями. И значит сегодня зуль-факар находится у Имама Махди (ДБМ). На это указывают некоторые хадисы:
Имам Садик (ДБМ) говорил в одном из хадисов: «Когда настало время перехода Посланника Аллаха (ДБАР) в мир иной, он отдал своё знамя и свой меч Имаму Али (ДБМ)». В другом хадисе Имам Садик (ДБМ) сказал: «В моём распоряжении находятся перстень, кольчуга, меч и знамя Посланника Аллаха (ДБАР)». Имам Рида (ДБМ) по поводу зуль-факара говорил: «Зуль-факар в данный момент находится у меня». В ещё одном хадисе от Имама Садика (ДБМ) сказано: «Когда явится Имам Махди (ДБМ), то его мечом будет меч Посланника Аллаха (ДБМ) зуль-факар».
Таким образом, эти хадисы дают понять, что зуль-факар относится к тем предметам, являющимся наследством Посланника Аллаха и по очереди переходящим к непорочным имамам.

И сегодня этот благословенный меч находится в руках Имама Махди (да ускорит Аллах его пришествие).

Маджма аль-бахрейн, т.3, стр.443, издательство Интишарат муртаза, Тегеран, 1357 год.
‘Иляль аш-шарае’, Шейх Садук, т.1, стр.160, издательство Мактаба ад-давара, Кум.
Тафсир Намуне, Насер Макарем Ширази, т.3, стр.75, издательство Дар аль-кутуб аль-исламия, Тегеран, 1374 год.
Бихар аль-анвар, Алламе Маджлиси, т.26, стр.208, издательство Муассаса аль-вафа, Бейрут, 1404 год хиджры.
Мустадрак аль-васаиль, Мухаддис Нури, т.3, стр.309, издательство Муассаса Алю аль-бейт, Кум, 1408 год хиджры.
Аль-гайба, Шейх Туси, стр.307, хадис 2.

1640 dəfə baxılıb